Читаем без скачивания Владимир Ост. Роман - Сергей Нагаев

Осташов заволновался. Объяснять Мухину во всеуслышание, что фирма и без того получит комиссионных более чем достаточно, он не мог. Конечно, надо было еще до начала разговора отвести его в сторону и предупредить об обстоятельствах предстоящей сделки. Но все произошло так быстро, и Владимир был так уверен в своей правоте, что ему и в голову не пришло наедине переговорить с начальником. Впрочем, сделать это было не поздно и сейчас. Осташов хотел уже попросить Мухина выйти из комнаты для объяснения, но тут Иван хохотнул и сказал:

– А куда ему было деваться? Если б он не скинул проценты, я бы не стал брать квартиру. Между прочим, там уже в дверь ломился второй клиент, и он бы точно купил ее. И тогда мы не сидели бы здесь. И не говорили бы о процентах вашей фирмы.

Мухин нахмурился и по очереди внимательно оглядел окружающих. Камиль Петрович, Иван и Владимир тоже по очереди нахмурились, кто-то из них в подтверждение слов Кукина кивнул, а кто-то развел руками. Тогда Мухин нахмурился еще больше. Но сказал:

– Хорошо. В качестве исключения.

У Владимира отлегло от сердца. Теперь, подумал он, нужно как можно скорее покончить с переговорами, пригласить нотариуса, заключить договор и на всех парах мчаться в департамент жилья, на регистрацию купчей.

– А деньги у вас с собой? – спросил Мухин Ивана.

– Да, с собой. Я готов к сделке.

Осташов посмотрел на часы. Времени до конца рабочего дня оставалось уже немного. Но это ерунда, подумал Владимир, если не тянуть резину, то сделку сегодня полностью совершить все-таки удастся.

– А у хозяина квартиры с собой документы? – спросил Мухин Камиля Петровича.

– С собой, – сказал Камиль Петрович. – Но, говоря юридически, я не хозяин, а доверенное лицо хозяина.

– А где же хозяин? – насторожился Мухин.

– Да все с ним в порядке.

– А почему он сам не продает?

– Ну, у него времени нет.

– Редкий случай… А хозяин квартиры… после продажи… где будет?

– Да что вы, ей богу! Убивать его никто не собирается. Я его в деревню переселяю, в Тверскую область. Там я домик ему подыскал. С ним все будет нормально, это я гарантирую. Никакого криминала. Мне лишние проблемы не нужны.

– Ну, если цены всех устраивают и если обе стороны хотят совершить сделку сейчас, тогда я схожу, приведу нотариуса. Она у нас тут рядом, очень опытная женщина. Нотариус посмотрит документы, и можно…

Но за нотариусом идти не пришлось: совершенно неожиданно дело приняло другой оборот.

– Вообще-то я не сказал бы, что для меня так уж принципиально купить квартиру прямо сей момент, – сказал Кукин. – Но если другие очень торопятся, то ради бога, пожалуйста, только вот еще что остается, – Иван уставился на начальника отдела и медленно продолжил: – Раз фирма берет проценты, то лично вы мне должны от лица фирмы гарантировать, что у меня никаких проблем с этой квартирой потом не будет.

– Так, стоп! – сказал Мухин. – Фирма может гарантировать это только после всесторонней проверки документов. А для проверки нужно время.

– Ну, начинается… – сказал Камиль Петрович. – Это что, называется срочная продажа? У меня другие, может, сегодня бы взяли квартиру.

– Нет! – убежденно сказал Мухин. – Без проверки квартиру никто не возьмет. Другой вопрос, что покупатель на время проверки должен дать залог. Скажем, две тысячи долларов. Если он передумает покупать квартиру, тысяча останется фирме, а вторая тысяча – продавцу.

– И сколько вы собираетесь проверять квартиру? – спросил Камиль Петрович.

– Три дня, я думаю, хватит, – сказал Мухин. – Такой план всех устраивает?

– Если только не больше трех дней, – сказал Камиль Петрович. – Тогда меня это устраивает.

– А меня не устраивает, – сказал Кукин Мухину, глянув при этом на Камиля Петровича проницательным взглядом, в котором читалось: «Я так и знал, что ты жулик». – А если после проверки выяснится, что квартира какая-нибудь паленая. С вас я обратно свою штуку получу, а этого… – снова взгляд на Камиля Петровича, – человека я где искать буду? Короче, две тысячи в залог – это много. Пятьсот – это еще как бы ничего.

– Вся сумма будет у нас в сейфе храниться. Так что… при такой цене на квартиру, две тысячи – залог нормальный, – возразил Мухин.

– Что ж тут нормального? Две тысячи! По-моему, и одной хватит выше крыши.

– Или две тысячи в залог вот прямо сейчас, или я отказываюсь от переговоров и ухожу, – сказал Камиль Петрович. – И так вы три дня у меня из оборота изымаете.

Все посмотрели на Кукина.

Иван похлопал глазами, повздыхал и наконец согласился. При этом вид у него был очень довольный. Похоже, он с самого начала был готов дать две тысячи, а препирался только для проформы.

– И последнее, – вкрадчиво, но вместе с тем твердо сказал Камилю Петровичу Мухин. – Если хозяин квартиры где-то в обозримой доступности, то я думаю, пусть он сам и совершает сделку, а не через доверенных лиц.

– Закон позволяет совершать сделки с недвижимостью по доверенности, – сказал Камиль Петрович, поправив узел галстука. – Мне, например, так будет удобнее, и спокойнее.

– Ну, тогда нам придется, кроме документов на квартиру, проверять еще подлинность вашей доверенности на продажу. И, кстати, на всякий случай еще запрашивать сведения о вас через наших знакомых на Петровке, 38.

– Господи, ну зачем все так усложнять? – сказал Камиль Петрович. – Можете просвечивать меня хоть через Петровку, хоть через Лубянку, мне все равно. Но это же все лишнее время. Ладно, хотите, чтобы хозяин продавал, хорошо, будет вам хозяин.

– Так всем будет спокойнее, – подытожил Мухин. – Ну, на том сегодня и закончим.

После того, как две тысячи залога были пересчитаны, положены в конверт, опечатаны и заперты в отдельную ячейку большого сейфа, который помещался здесь же, в комнате для переговоров, все участники беседы вышли в рабочий зал.

Иван и Камиль Петрович распрощались с Мухиным и Владимиром. Камиль Петрович при этом передал папку с документами начальнику отдела, а Кукин еще особо помахал рукой Анне Русановой, хитро глянув на нее. Он спросил, не выйдет ли она покурить на крылечко, но та сказалась очень занятой, и он, надев темные очки, вышел из зала вслед за Камилем Петровичем.

В помещении стало тише обычного. Мухин и Осташов увидели, что многие с любопытством глядят на них.

– Ну что, Володь, можно поздравить с очередной сделкой? – весело спросила с последнего ряда Ия.

– Рано, – сказал Мухин и обвел зал взглядом. – Так, чего это вы все прохлаждаетесь? Рубите тростник, негры, рубите: солнце еще высоко.

Александр пригласил Осташова зайти в комнату переговоров. Прикрыв за собой дверь, он начал наставлять Владимира:

– Значит, вам по этой сделке вот что надо будет сделать. Сходите с хозяином квартиры в его РЭУ, возьмете там выписку из домовой книги. Посмотрим, не прописан ли там кто-нибудь. Второе: сходите с ним в психоневрологический диспансер и наркологический диспансер, пусть он в вашем присутствии возьмет справки, что не состоит у них на учете.

– А если состоит?

– Если состоит, то плохо. Хозяин квартиры, как мне говорит мой опыт, законченный алкаш. Этот Камиль вертит им, как хочет, и за гроши забирает его квартиру. Если хроник в наркодиспансере засвечен, тогда нам надо брать с покупателя расписку, что он знает об этом. Пусть за все последствия отвечает сам. Если хочет. Вы, кстати, не сказали – что представляет из себя квартира? Пьяная? Хозяина вы на просмотре видели? Что он за человек?

– Меня с ним не знакомили, но, по-моему, – тот еще алконавт.

– Ну, вот, видите? Эта пьянь квартиру продаст, а потом нам фортель выкинет. Подаст в суд, скажет, что вот барыги, спекулянты какие-то, воспользовались его болезнью. Напоили, обманули, заставили бумаги подписать. Этот же Камиль причем и будет руководить им. Понимаете? А если алкаш еще и в психушке на учете состоит, тогда вообще… с таким вариантом лучше никогда не связываться.

– Ясно. А если он в диспансерах не значится?

– Тогда другое дело. Но на всякий случай вам придется съездить в деревню, на его новое место жительства. Это еще бабушка надвое сказала, есть ли там в принципе дом-то, в который его вышвыривают, или это все липа, и он окажется на улице. Тогда ведь тоже могут возникнуть осложнения. А у нас фирма солидная. Нам проколы не нужны. Ну… Все… Кажется, ничего не упустил. Да, все. Вы можете идти работать. А я пойду доложу обстановку Константину Ивановичу.

Осташов отправился на свое место. Он устало сел на стул. Оглядел бумажки на столе. Собрал их в стопку и прихлопнул ладонью.

– Ну, рассказывай, что за квартиру ты впарил? – спросила его Ия, выпятив грудь. – Дорогая хата?

– Да как тебе сказать… Вообще-то, еще и сделки-то не было. Пока – только залог внесли. И хвастаться заранее, знаешь… плохая примета.